Антимеметика

Антимем — это идея, которая засекречивает сама себя; идея, которая по своей природе препятствует или мешает людям её распространять.

Антимемы реальны. Подумайте о любой информации, которой вы ни с кем не поделитесь, такой как пароли, запрещённые слова и ваши грязные тайны. Или о такой информации, которой будет сложно поделиться, даже если сознательно приложить к этому усилия: сложные уравнения, очень скучные отрывки текста, большие группы случайных чисел и сны...

Но аномальные антимемы — совсем другое дело. Как можно содержать то, что вы не можете записать или запомнить? Как можно бороться против врага с лёгким, совершенным камуфляжем, когда вы даже не догадываетесь, что идёт война и вы в ней участвуете?

Добро пожаловать в Отдел антимеметики.

Нет, это не твой первый день.

Важная справочная информация

• SCP-055

Нам надо обсудить пятьдесят пятый

- Можно закурить?

На этот раз ресепшенистка, прищурившись, сверлит Мэрион взглядом.

- Нет, - отвечает она. - Здесь... нет, в Зоне 200 курить нельзя нигде. Пусть это и административное здание, но у нас у всех тоже есть лёгкие. И положения об охране труда тоже есть.

Мэрион замечает раздражение на лице девушки.

- Я вас уже об этом спрашивала, да?

- За последние пятнадцать минут - два раза, - отвечает ресепшенистка. - Должно быть, вам очень хочется покурить. - Девушка озадачена повторением одного и того же вопроса, и скрывать эту озадаченность ей практически не удаётся.

- Вы, наверное, думаете, что это как в фильме "Помни", да? - великодушно предлагает Мэрион. - Думаете, у меня нет долгосрочной памяти, а побыв на одном и том же месте достаточно долго, я забываю, зачем туда пришла.

Будь ресепшенистка чуть помоложе, она бы не поняла, о каком фильме идёт речь.

- Ну... наверное?

Мэрион сочувствующе улыбается и качает головой. Всё гораздо сложнее.

Идут минуты. Мэрион крутит зажигалку, не выпускает её из пальцев. В этом году ей стукнет пятьдесят, волосы её постепенно седеют, внешность - уже не "миниатюрная дама", но ещё и не "бабушка - божий одуванчик". В сумочке пищит телефон - напоминает, что пора принять лекарство, но она откладывает напоминание. Пальцы слегка дрожат, но это просто нервы, не возрастное. Она нервничает, потому что её вызвали на ковёр к О5, а О5 - ребята страшные. По пустякам к себе не вызывают. Либо конец света, либо ничего.

Наконец, с опозданием в 40 минут, двери кабинета открываются. Из кабинета выходят четверо или пятеро высокопоставленных сотрудников Фонда с чемоданчиками или ноутбуками. Единой группой они проходят мимо ресепшена и выходят к ожидающим их автомобилям. Некоторые лица знакомы Мэрион - руководитель Зоны 19, глава службы подбора персонала в Западной Европе. В её сторону никто не смотрит.

Когда все расходятся, помощник О5-8 высовывается в дверь. Ему чуть больше двадцати лет, выглядит он невероятно молодым, как подросток, на которого напялили папину деловую рубашку. Стрижка с огромным трудом вписывается в уставные рамки. В руке он держит планшетный компьютер с распорядком дня своего начальника. Распорядок забит до отказа. Похоже, начальник не спит вообще.

- Мэрион? Можете заходить.

Дверь кабинета закрывается с неожиданно тяжёлым механическим лязгом, словно она - деталь машины, встроенной в стены кабинета. Мэрион присаживается в указанное ей кресло, ставит сумочку на пол, а помощник тем временем поворачивается и проделывает с дверью несколько странных действий. В ответ дверь издаёт несколько странных звуков. У О5 небанальные требования к безопасности и приватности.

В просторном кабинете каким-то образом темно, несмотря на два больших угловых окна и белый день на улице. Стен не видно за книжными полками и обшивкой из тёмного дерева; стиль выдержан великолепно, но это стиль девяностых годов, уже успевший устареть, но ещё не вошедший в моду повторно.

Что до мужчины, сидящего за столом, то вид О5 никогда не соответствует вашим ожиданиям.

Мэрион глубоко вздыхает.

- Так что на повестке дня? Мне прислали только приглашение на собрание, ни темы, ни повестки. Понимаю, когда О5 говорит прыгать, надо прыгать, но...

Она скашивает глаза направо и видит, что помощник, без слов и лишнего шума, кладёт планшет на стол, достаёт пистолет и целится ей в голову. Мэрион замолкает. Некоторое время она неподвижно сидит в кресле, привыкая к изменению ритма, частота пульса сначала взлетает до уровня колибри, затем начинает успокаивается.

- Итак? - осторожно спрашивает она. Облизнув губы и вцепившись руками в подлокотники, она ждёт продолжения беседы. Лицо помощника теперь ничего не выражает, словно все собрания проходят именно так. Может быть, на этом уровне всё так и есть.

- Кто вы такая? - спрашивает О5-8.

- Что? О Боже, - моргает Мэрион.

- Позвольте, я скажу другими словами, - продолжает О5-8. - Мэрион Уилер, сорок девять лет, любящий муж, двое сыновей. Любит пеший туризм, походы и орнитологию. Типичная мамаша, непробиваемая анкета, в финансовой истории ни единого пятнышка. Тем не менее, у вас есть полные допуски Фонда, каких мы никогда не выдавали, в том числе допуск к ряду построек и помещений, которые... некоторых из них не существует, другие же пошли под снос десятки лет назад. Как минимум одно ещё не достроено, но ключ ко входной двери у вас имеется. И это мы ещё не добрались к вашим допускам к объектам, а их иначе, чем "вопиющие" я назвать не могу.

- Итак, вы - лазутчик, цели и стремления у нас расходятся. Клэй хотел натравить на вас Хи-3, но мне удалось поумерить его пыл. Уговорил его на очную ставку. Мне показалось, что если запереть вас во взрывонепроницаемом помещении и вежливо поспрашивать, то вам хватит здравого смысла не обрекать себя на остальную "программу".

Мэрион уже давно не слушала его.

- Вы болван, - произнесла она, как только он замолк. - Я - руководитель вашего отдела по антимеметике.

- Нет у нас отдела по антимеметике, - рубит Клэй.

- Есть. У нас такой отдел есть.

- У нас есть отдел по меметике, - вклинивается О5-8, - отдел дистанционного сдерживания, служба пожарной охраны, внешние связи, безопасность, кадры, подбор класса D и ещё два десятка других, но антимеметики у нас нет.

- А отдел по иронии у нас есть? - спрашивает Мэрион и берёт паузу в надежде. - Нет? Ну ладно. Попробуем так: как по-вашему, почему отдел по антимеметике должен быть в списке?

- Легенду излагает, - обращается Клэй к О5-8, не сводя глаз с Мэрион. - Хорошая легенда, но она подготовлена заранее.

- Клэй, убери ствол, - командует О5.

С видимой неохотой Клэй повинуется.

Мэрион немного расслабляется.

- Есть объекты с опасными меметическими свойствами, - говорит она. - Есть заразные идеи, которые нужно сдерживать наравне с физическими угрозами. Они забираются в голову, и на разуме носителя тянутся к разумам других. Так?

- Так, - подтверждает О5-8. Он, не напрягаясь, может вспомнить с десяток объектов, подходящих под это описание.

- Существуют объекты с антимеметическими свойствами, - продолжает Мэрион. - Есть идеи, которые невозможно распространить. Есть сущности и явления, которые собирают и поглощают информацию, в частности - информацию о себе самих. Если сделать фотоснимок такого на полароид - не проявится. Можно записать на бумаге описание такого объекта и передать другому, но окажется, что на бумаге - иероглифы, содержимое которых непонятно никому, даже вам. Можно смотреть прямо на такой объект, и он даже не будет невидим, но вы будете считать, что там ничего нет. Цели, которых невозможно придерживаться, тайны, которыми нельзя поделиться, ложь и живые заговоры. Это концептуальная субкультура идей, пожирающих другие идеи, а ... иногда... - кусочки реальности. Иногда - людей.

- И поэтому они опасны. В общем-то, больше сказать нечего. Антимемы опасны, и мы их не понимаем, следовательно они - часть Проблемы. Отсюда и необходимость в моём отделе. Мы способны на нестандартное мышление, и в силах противопоставить его чему-то, что в буквальном смысле способно сожрать ваш опыт боевой подготовки.

Несколько долгих секунд О5-8 не сводит с Мэрион глаз. Клэй ёрзает на месте - история ему не нравится и не вызывает доверия, но, похоже, О5 более открыт для этой идеи.

- Назовите пример, - произносит он. - Назовите мне объект с антимеметическими свойствами.

- SCP-055, - тут же отзывается Мэрион.

- Нет никакого SCP-055, - парирует Клэй.

- Ещё раз: такой объект есть.

- Нет такого, - упорствует Клэй. - Номера объектов присваиваются не по порядку. Есть промежутки. Этот номер не был назначен. Не из суеверий, у нас хватает поводов для беспокойства, чтобы думать ещё и о нумерологии. У нас есть SCP-666 и SCP-013. А SCP-001 - нет. Равно как и SCP-055.

- Клэй, - окликает его О5-8, - взгляни-ка. - Он поворачивает экран так, чтобы Клэю был виден только что полученный его руководителем файл. Клэй склоняется у экрана, пробегает по тексту глазами. Потом, в шоке от увиденного, он прокручивает текст вверх и читает его второй раз.

- Но...

- Файл датирован 2008 годом, - говорит О5-8. Флаги и подписи все как надо. Подписан ключом, закодирован. Он настоящий.

- Вы его раньше видели? - спрашивает Клэй.

- Ни разу в жизни, - отвечает О5-8. - По крайней мере, ни разу на моей памяти. С другой стороны, если информация в файле верна, то и я, и ты видели его не один десяток раз.

Клэй прожигает взглядом Мэрион.

- Это невозможно.

Мэрион едва удерживается от плевка.

- Бога ради, Клэй, ты вообще сколько здесь работаешь?

- Но если этот объект настолько силён... - начинает он.

- То?

- Кто автор файла? - заканчивает за него О5. И, раз уж заговорили, как проводилось интервью, и кто такой этот "Бартоломью Хьюз"? И самый важный вопрос - Миссис Уилер, как вам удаётся сохранять память об этом?

- Барт Хьюз и написал. Он мёртв, - отвечает Мэрион.

- Что с ним случилось?

- Не стоит вам узнавать.

В кабинете надолго воцаряется тишина - О5-8 и его помощник реагируют на это заявление. Точнее, они проходят долгую и чёткую цепочку реакций - негодование на кажущийся хамским ответ, непонимание того, почему Уилер так неосторожна перед зловещим начальством, удивление от размаха предложенной идеи, неверие, понимание, и, в конце концов, ужас.

- Что... - О5-8 тщательно подбирает слова. - Что случилось бы, если бы мы узнали?

- Вас бы постигла та же участь, - ровным голосом отвечает Мэрион. - Что же до остальных вопросов - с этим мы справляемся медикаментозно. Вы в курсе, что у нас есть амнезиаки класса А, для тех, кому очень надо что-то забыть? Конечно, в курсе. Разве кто забудет об амнезиаках класса А? Так вот, в антимеметике есть другие таблетки, для тех, кому нужно помнить то, что в других условиях запомнить будет невозможно. Мнестики, класса W, X, Y и Z. Тот же греческий корень слова, что и в "мнемонике".

В сумочке Мэрион опять пищит телефон.

Дождавшись одобрительного кивка от О5, Мэрион лезет в сумочку, выключает телефон - на этот раз подтверждением, а не кнопкой "отложить". Из другого кармана сумочки на свет появляется блистер с таблетками. Мэрион извлекает одну. Таблетка зелёная, в форме шестигранника. Она демонстрирует таблетку, и узнавание в глазах О5-8 радует её. Картина в его голове снова начинает складываться.

- Это - мнестик класса W, самый слабый, пригодный для регулярного приёма. Две таблетки в день. Спросите в аптеке Зоны. Провизор скажет, что такого они не держат, но его память ошибается. Скажите, чтобы проверил наличие.

- Кажется, - вздыхает О5-8, - я понимаю. Теперь ясно, почему эта беседа вообще состоялась.

- Да, - говорит Мэрион, выдавливая вторую таблетку для него. - Это потому, что вы пропустили дозу. Вы тоже должны на них сидеть, равно как и я сама, и весь мой отдел. По-другому у нас работать не получится. Вы забыли принять таблетку, и забыли всю информацию, которую эти таблетки помогали вам удерживать в голове. Вы забыли, для чего их принимаете, кто вам их дал, где взять ещё. Забыли обо мне и обо всём моём отделе. И теперь мне нужно вводить вас в курс дела.

- И если я её приму, - размышляет О5-8, - я запомню всю эту беседу, и нам не придётся её повторять?

- Надеюсь, нет. - отвечает Мэрион.

- Эм, а мне такие положены? - вмешивается Клэй.

- Извини, парниша, - говорит О5-8. - Только по служебной необходимости. Может, когда сам станешь О5.

Он глотает таблетку. Мэрион проглатывает свою.

- Так что такое SCP-055? - спрашивает О5-8.

- SCP-055 - ничто, - говорит Мэрион, совершенно расслабившись. - Как и написано в документе, SCP-055 - мощный и самостоятельный подавитель информации. Насколько мы выяснили опытным путём, его определение можно дать только отрицанием. Записывать можно только то, чем он не является. Нам известно, что он не Безопасный и не Евклид. Известно, что он не круглый, не квадратный, не зелёный и не серебристый. Известно, что он не глуп. Известно, что он не единственный. Но мы также знаем, что он слаб. Слаб потому, что он - единственный из наших действующих антимемов, о котором у нас есть записи. Есть и архивные копии на бумаге. Есть методики содержания. Он не Безопасный, а следовательно представляет опасность... но он под содержанием.

- У вас есть методики? Где? - моргает О5-8.

Мэрион указывает пальцем себе в лоб.

- И сколько тогда есть других антимемов? Насколько опасными они бывают?

- О десяти я знаю, - отвечает Мэрион. - Статистически вероятно, что ещё как минимум о пяти я не знаю. И в это число не входят антимеметические сущности, не находящиеся под содержанием и свободно передвигающиеся по комплексу. В этом помещении, помимо нас, есть как минимум две. Не надо оглядываться. Я же говорю, не надо! Бесполезно!

Впечатляющим усилием воли О5-8 сдерживается и продолжает смотреть на Мэрион. Клэй же поддаётся и окидывает кабинет взглядом, не забыв при этом обернуться. По сути, выставляет себя дураком. Ничего не находит. Выглядит растерянно.

- Есть невидимая тварюшка, которая следует за мной и любит питаться моей памятью, - терпеливо поясняет Мэрион. - SCP-4987. Не ищите в базе, её там нет. Я к ней притерпелась. Это как капризный питомец. Я специально порождаю вкусные воспоминания, чтобы она не подъела ничего важного, вроде паролей или способа готовки кофе.

- А вторая? - спрашивает Клэй.

После очередного кивка от О5-8 Мэрион снова лезет в сумочку. В этот раз она достаёт пистолет и дважды стреляет Клэю в сердце.

Испытывая скорее ошеломление, нежели боль, Клэй рушится на книжную полку. Он с трудом поворачивает голову в сторону Мэрион

- Как ты дога... - выдавливает он.

Мэрион встаёт, тщательно целится и всаживает третью пулю в голову Клэя.

О5-8 снова проявляет чудеса силы воли и не реагирует.

- Это пистолет Клэя, - ровным голосом произносит он. - И вы у него его украли.

- Непросто украсть такой тяжёлый пистолет так, чтобы его хозяин ничего не заметил, - объясняет Мэрион, разряжая пистолет и аккуратно укладывая его на стол. - Но украсть сначала пистолет, а потом воспоминания о его краже - это чуть полегче. Как я и сказала, питомец. Некоторые питомцы настолько безмозглые, что поддаются дрессировке.

- Да, - не меняя тона, произносит О5-8. - Я догадался. Но зачем?

- Потому что вы должны были принимать мнестики класса W, - поясняет Мэрион. - А их приём всегда регулярен. Очередную дозу пропустить нельзя, я пробовала. Можно отложить дозу на потом, но забыть принять их нельзя - разве что кто-то активно этому препятствует. Подобраться к вам настолько близко, чтобы это сделать, может только ваш помощник. Помните, я спросила его, сколько он здесь работает?

- Он не ответил, - произносит О5-8. - Я думал, вопрос риторический.

- Он здесь не работает, - продолжает Мэрион. - Он - антимем. С каких это пор вы пользуетесь услугами помощника? Нет у вас помощника, Брент. Посмотрите на кабинет. Стол только один. Снаружи сидит ресепшенистка - это она принимает ваши звонки и планирует совещания. Где вообще сидит Клэй? Для чего он нужен? Не вините себя. Вы - человек, а эти штуки - удаление данных во плоти. С ними нужно мыслить как пришелец из космоса.

О5-8 задаёт вопрос, который в любом другом кабинете показался бы абсурдным.

- Он мёртв?

- Возможно, - отвечает Мэрион. - Могу отправить его труп на исследование, как вскроем - посмотрим, что удастся обнаружить. Хотя здесь есть некоторая дуальность. Они - как параллельные вселенные в одном и том же пространстве. Концепция против конкретики, описательное против вещественного. Такие переходы крайне необычны. Не знаю, чем был Клэй, но тело у него было человеческое, а значит, даже по нашим стандартам он очень странный. Как всегда, поиск патовой ситуации продолжается. Если будет прогресс - дам вам знать.

- У этих таблеток есть побочные эффекты? - спрашивает О5-8.

- Тошнота и громадный риск рака поджелудочной железы, - говорит Мэрион. - И очень дурные сны.

Вводный курс антимеметики

Младший научный сотрудник Ким проработал в Фонде целых четыре часа, и уже чувствует себя как выжатый лимон. Первая вводная лекция была подобна наковальне, сброшенной ему на голову. Пришло время обеда, он нашёл в столовой тихий столик в углу, где никто не станет его тревожить, где можно будет жевать и глотать неаномальную еду, пить термоядерной крепости кофе и усваивать непростые уроки сегодняшнего утра.

Достав выданный Организацией мобильник, он раздражённо пролистывает дела тех немногих объектов, к которым имеет допуск. Должно быть, это кто-то пошутил. Иначе они не воспринимаются. Только как очень дурные, мрачные и пугающие шутки.

В наборе Кима ещё десять таких же новобранцев-эмэнэсов, и все они сидят наособицу, за отдельным столом, и оживлённо друг с другом болтают. Кое-где сидят инструкторы и уплетают бутерброды. Столовая, рассчитанная на две с лишним сотни человек, кажется пустынной - кроме них, здесь нет никого. Киму это кажется странным. Зона 41 велика, это три здания с обширными подвалами, сокрытые в лесах центрального Колорадо. Куда все подевались?

В столовую заходит мужчина в сером костюме, смотрит Киму в глаза и целенаправленно шагает к нему. Его костюм выглядит настолько с иголочки, что больно смотреть. У него есть булавка для галстука и платиновые наручные часы размером с добрый будильник. Совершенно неуместный вид. Зона 41 - рабочая Зона. Здесь проводится обучение, инструктаж, научные исследования, ОКР, анализ, и даже содержатся несколько безопасных объектов. Руководству здесь бывать не следует. Так что он за птица? Заблудившийся начальник, который ищет вертолётную площадку? Исследователь или инструктор, одевшийся для желаемой работы, а не для действительной?

- Тот ещё первый день на новом месте, - говорит он, протягивая руку. - Аластер Грэй. Через "э".

- Ким, - представляется Ким. - Пол Ким.

- Очень приятно. Не будет бестактным спросить, что у вас за акцент?

- Нью-йоркский, - сморгнув, отвечает Ким. - Я из Нью-Йорка. А вы - руководитель Зоны?

- Кажется, вы взволнованы.

- А как иначе-то? - спрашивает Ким. - Вы же должны быть в курсе, как проходит вводная лекция. Атомный удар по самолюбию, вот что это такое. Почти всё, что я знал, встало с ног на голову. Всю жизнь я провёл под "защитой" от "опасных" знаний, словно весь мир снаружи - не знаю, песочница для дошколят. И выходить из неё... это унизительно. Для начала. И... - Ким снова моргает. - Погодите-ка, а вы вообще чем здесь занимаетесь? Вы не ответили на мой вопрос.

- А вы не ответили на мой, - возражает Грэй.

- Как это не ответил? - спрашивает Ким. - Я из...

Он осекается. Стройно бегущие мысли внезапно шагают не в ногу и сходят с трассы. Ответ на вопрос Грэя вертится на кончике языка, но слова как-то не выходят.

- Странное дело, - произносит он, мотая головой.

Тут он замечает, что Грэй ходит без бэджика. Вполне может быть случайной ошибкой, хотя и очень грубой. С другой стороны, на руководящую должность в Фонде не попасть, если не обладаешь безукоризненной точностью во всём?

- Кто вы такой? - переспрашивает Ким.

- История вашей жизни была невероятно интересна.

- Что?

- Вы говорили на четырёх языках, - поясняет Грэй. - Сейчас говорите на одном, скоро не будете вовсе. Столь выдающийся ум нельзя портить специализацией, ваше образование состояло из биохимии и сравнительно-исторического литературоведения. Похоже, без постоянного заталкивания в голову чужеродных мыслей вам и жизнь была не мила. Вы, влекомый этой жаждой, объездили весь мир, и каждая страна была для вас подобна высадке на другую планету. Вы заигрывали с антропологией, но мир столь необъятен, что всей человеческой расе не под силу понять его, и уж тем более - одному человеку. Человеческой расы стало слишком много. Её нужно проредить.

Ким кивает в ответ.

- Извините, я на секундочку.

Он поднимается и идёт к другому столику, где сидит инструктор, с которой они сегодня уже виделись. Подходя к столу, Ким чувствует, как нарастает странное ощущение вроде статического электричества. Он пытается потормошить её за плечо, и это даже немного удаётся, но рука встречает такое сопротивление, словно погружена в смолу.

- Эй! У нас проблема. Здесь посторонний. Думаю, это может быть объект. Док, посмотрите на меня! Ау-у?

Женщина не реагирует. Ким пытается окликнуть стайку новобранцев, но они по прежнему болтают языками и строят гипотезы, не обращая внимание на то, как он вопит и хлопает в ладоши.

- Люди! Ау! Вы меня слышите? Нет-нет-нет-нет.

Он оглядывается. Грэй поднялся из-за стола и двинулся в его сторону с той же уверенной улыбочкой на лице. И с ним определённо что-то не так, потому что его видно сквозь столы, как будто он - голограмма дополненной реальности, устроившаяся у Кима в глазу.

Ким испытывает неприятный укол страха, что видит Грэя даже в момент моргания. Под сомкнутыми веками Грэй выглядит призраком на фоне того, что всю его жизнь было его собственным личным уголком темноты. Не видеть Грэя можно только отвернувшись, но даже тогда глаза словно колет жёстким излучением с обратной стороны.

Ким пытается позвонить одному из новичков. Телефон в кармане новичка звенит, но и только-то. Ничего не происходит, никто не реагирует.

- Это бессмыслица, - говорит Ким.

- Помните ли вы своего отца? - произносит Грэй.

- Не знал я своего отца, - отвечает Ким, отходя бочком в сторону. - Меня мать растила.

Белозубая улыбка Грэя выглядит застывшей.

- Этим людям так нравилась ваша точка зрения. Они собирались направить вас на работу с аномальными антимемами. Но они не помнят о том, что вы есть на свете. Вас на свете нет.

- Опасных объектов SCP в этой Зоне нет, - произносит Ким, обращаясь преимущественно к себе самому. - Эта зона Безопасных. Следовательно, либо вы не опасны, либо никто не знает о вашем существовании. А если никто не знает о вашем существовании, то либо вы здесь совсем недавно, либо... вы... Что такое "антимем"?

- Тот ещё первый день на новом месте, - заявляет Грэй.

- Вы разумны? - спрашивает Ким.

- Кажется, вы взволнованы, - произносит Грэй.

Ким срывается на бег. Он вылетает из столовой и пробегает метров восемь по коридору, туда, где расположен лифт. Он с размаху бьёт по кнопке "вниз" и ждёт. Дверь лифта отполирована до почти зеркального блеска. Ким видит в отражении лицо и едва не падает от удивления, потому что это лицо ему незнакомо, но, судя по всему, оно - его собственное.

- Боже! О нет, нет, нет... - лепечет он. - Какого чёрта, какого чёрта...

Двери лифта открываются, но тут из-за угла прогулочным шагом выходит Грэй. Ким ныряет в лифт и жмёт на кнопку самого нижнего этажа - это восьмой подуровень. Он делает это инстинктивно, хотя впоследствии придумывает обоснование. (Нельзя просто сесть в машину и уехать. Лучше будет, если Грэй останется в Зоне, а не выберется в "реальность" обычных людей. А для этого будет лучше, если Ким заберётся в самый глубокий и тёмный уголок Зоны, в который только может. Подождёт там Грэя, закроет за ними все двери. А потом дождётся смерти...) Лифт начинает ехать вниз. Призрак Грэя, чётко видимый сквозь все двери и стены, отдаляется, исчезает где-то наверху, но всё так же широко улыбается Киму.

Ким нервно расхаживает по лифту. Я не помню, как выглядит моё лицо. По его словам, оно сожрало все мои неродные языки, но я не помню, чтобы учил что-то, кроме родного английского. Значит... оно пожирает мои воспоминания. Поглощает информацию. И я не могу ни с кем связаться напрямую, а значит, помощи ждать неоткуда.

К такому меня не готовили.

Он бьётся лбом об стену лифта и смотрит на носки своих туфель. Но я не знаю этого доподлинно. Что если меня готовили к такому, но я не помню этой подготовки? Что если я работаю здесь многие годы, и мне только кажется, что это мой первый день на новом месте? Что если я уже с ним сталкивался? Что если все в этой Зоне сталкивались с ним по несколько раз, и... никто не помнит? Антимем - это оно и есть?

Ким вспоминает почти безлюдную столовую, километры пустующих коридоров, незанятые кабинеты и лаборатории. Может быть, оно не только мою память поедает? Вдруг оно ест людей целиком, начисто стирая их из истории? Вдруг оно уже многие годы обитает в этой Зоне, и именно поэтому здесь так пусто - потому, что почти всех нас ликвидировали?

Мне нужна помощь. Нужно кого-то предупредить. Но как? С людьми говорить невозможно. Позвонить им - тоже. Надо... надо написать карточку объекта.

Но кто-то уже должен был до этого догадаться.

Он вытаскивает телефон, выводит на экран список. Почти десять тысяч записей. Пометка "антимеметика" стоит на доброй сотне из них.

Ким собирается с мыслями. Грэй через "э". G-R-E-Y. 4-7-3-9.

SCP-4739

свернуть

• Класс объекта: Кетер

• Особые условия содержания: Я намеренно пишу не по формату, т.к. времени мало. Если вы это читаете, то от Фонда в целом вы уже изолированы. Попытки позвать на помощь ни к чему не приведут. Вы уже в пищеводе 4739, вас уже проглотили, но ещё не переварили. Немедленно направляйтесь в лабораторию З041-ПУ08-053 и продолжайте исследования там, пока не найдёте способ остановить или убить Грэя, прежде чем он убьёт вас. Не читайте остальной текст, пока не окажетесь в лифте.

Описание:

В этот момент двери лифта открываются на восьмом подуровне. Аластер Грэй выжидает, с неизменной обезоруживающей улыбкой. Он делает шаг вперёд.

В отчаянии Ким, широко размахнувшись, швыряет телефон в лоб существа. Корпус цельнометаллический, попадание - прямое. Грэй отшатывается и бьётся затылком о стену. Когда он приходит в себя, Кима уже не видно - он улепётывает по левому коридору, оставляя за собой угасающее эхо шагов по бетону.

Два поворота на сорок пять градусов, и вот она, дверь лаборатории 053, в самом дальнем конце коридора. Дверь водонепроницаемая, как на подводной лодке. Кодовый замок видно издалека. Четыре цифры. Он набирает 4739, код срабатывает тут же. Механизм переборки открывается мучительно медленно.

Давай, давай, давай же!

- Вы помните свою мать? - слышится голос Грэя из коридора.

- Я не знал своих родителей, я рос сиротой, - озлобленно бурчит Ким. Какое-то мгновение он думает, что на самом деле Грэй имел в виду, но времени обдумывать это нет.

Переборка открывается. Ким просачивается внутрь и задраивает дверь, как будто это даст ему хоть пару лишних секунд. Лаборатория оказывается внушительных размеров, само собой, без единого окна, и доверху заполнена всяческим оборудованием, которое Ким едва может распознать. Под ногами хрустят осколки толстого стекла. В углу стоит заблокированный терминал. Ким разблокирует его и на экране появляется тот же текст:

Описание:

свернуть

Описание: SCP-4739 - мощная, летальная антимеметическая угроза замедленного действия, имеющая внешность мужчины-европеоида в деловом костюме, и представляющаяся как "Аластер Грэй". Внимание SCP-4739 привлекают плотные сгустки информации, хранящейся на органическом носителе, т.е. по сути, широко образованные, интересные и непростые люди. SCP-4739 изолирует жертву от всего остального мира, распространяя на неё антимеметическое поле, внутри которого все действия жертвы, а также она сама, не могут быть восприняты и не сохраняются в памяти. После этого SCP-4739 поглощает воспоминания и знания жертвы, пока та не входит в состояние овоща и не умирает. Процесс занимает от 15 минут до 2 часов и, по описаниям, "похож на болезнь Альцгеймера на ускоренной перемотке".

SCP-4739 не считается разумным, хотя может показаться таковым невнимательному наблюдателю в связи с тем, что он умеет очень хорошо имитировать поведение обладающего разумом существа. Жертвы сохраняют свободу передвижения и действий, так как сбежать или позвать на помощь, находясь под влиянием SCP-4739, невозможно. Сообщения, написанные на твёрдом носителе или в электронном виде, сохраняются в реальности и доходят до адресата, однако воздействие SCP-4739 распространяется на каждое такое сообщение, вследствие чего сторонний наблюдатель не может воспринять сообщение до тех пор, пока сам не станет жертвой объекта.

Данная запись об объекте SCP была создана и дополняется жертвами SCP-4739, поскольку видна только его жертвам. Если вы читаете этот текст, то SCP-4739 поймал вас. Вы изолированы от всего остального Фонда и, по сути, являетесь Фондом в одном лице. У вас есть от 15 минут до 2 часов, чтобы добраться до Зоны 41, подуровня 8, лаборатории 053, ознакомиться с актуальными исследованиями и продолжить их до тех пор, пока либо SCP-4739 не будет списан или сдержан, либо (что вероятнее) вы не умрёте. Если вы не специализируетесь на содержании антимеметических аномалий, мы искренне извиняемся и рекомендуем начинать учиться. Быстро.

SCP-4739 поглотил ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// ///// научных сотрудников Фонда с тех пор, как 03 августа 2013 года был начат отсчёт. (Если вы читаете этот текст в первый раз, добавьте, пожалуйста, свою пометку). По нашим оценкам, как минимум 50% жертв объекта не добираются до данной записи в базе данных, и следовательно, на счету объекта в два с лишним раза больше жертв, чем указано выше.

- Но как его убить? - орёт Ким. Он пролистывает исследования, написанные хаотично и невпопад, потому что ни у кого не нашлось лишней секунды, чтобы их отсортировать. Исследования ведутся разными жертвами в десятках направлений, все из которых кончаются одинаково: "Я попробую X. Если вы это читаете, X не сработал, а я погиб, следовательно подход X тупиковый, и вам придётся выдумать что-то ещё".

Он читает. В физической схватке с Грэем никто не преуспел. Никому не удалось задержать его, избежать столкновения, замедлить, воззвать к логике или натравить на другую жертву. Люди пытались травить свою память идеями, которые невозможно переварить, дозированно скармливать Грэю воспоминания, чтобы замедлить его, пополнять воспоминания быстрее, чем Грэй их ест, и скармливать Грэю большой объём воспоминаний за раз, чтобы он переполнился и лопнул. Были попытки самоубийства через передозировку амнезиака класса А. Всё это было безрезультатно. Более сотни людей, у большинства из которых была докторская степень, очутились в пасти чудовища, давали краткий бой и умирали, кто с достоинством, кто - не очень.

Неопробованных направлений не осталось.

- Мне хана! - приходит к выводу Ким. Он поднимает голову. Грэй ещё не в лаборатории, но видно, как он идёт по финишной прямой коридора. Он совершенно нематериален, осязаемые заграждения не имеют для него значения. Он неуязвим.

Ким хлопает по карману, в котором привык держать телефон.

Погоди-ка.

Он листает ещё раз. Находится трое или четверо отчаявшихся, которые попытались вступить с Грэем в ближний бой. Боевым ножом и пистолетом. Бейсбольной битой (Ким оглядывается - ясное дело, бита закатилась под стол, и так там и лежит). Один человек, пожилой ботаник, явно недостаточно компетентный, решил попробовать самый тяжёлый предмет, который смог найти. Это и объясняет обломки телевизора и толстые осколки кинескопа возле двери. Имеется даже запись попытки ботаника. Результат совершенно нулевой. Грэй - голограмма, призрак, телевизор проходит сквозь него и схлопывается от удара об пол. Оставшуюся часть видеозаписи ботаник сидит, скорчившись в углу под спокойным взглядом Грэя, и постепенно лишается разума.

Разница здесь в том, - осознаёт Ким, выпучив глаза от страха, что телефон - это кирпичик, плотно набитый информацией. А до меня никто не пробовал метать в него информацию.

Ким ищет опыты - и находит несколько в разных местах - в которых жертвы пытались переключить внимание Грэя на другой источник информации. Общая идея была такова - перегрузить Грэя, направив его на нечто, содержащее слишком много информации: на интернет, на терабитный поток данных с эксперимента по столкновению заряженных частиц, на массив жёстких дисков с первым квадриллионом цифр числа "пи". Но никому не удалось отвлечь внимание Грэя; расставленные на его пути экраны с загруженной информацией он игнорировал, электромагнитная передача данных (по радио или лазерному лучу) ни к чему не приводила. Способа прогонять информацию через разум жертвы в качестве воспоминаний никто не смог найти. Это направление исследований было признано невозможным и закрыто.

Как обнаруживает Ким, жёсткие диски находятся прямо на тумбочке рядом с компьютером. Это стоечная система хранения данных, половинной ширины - эдакий металлический кубик размером с шар для боулинга, и примерно такого же веса. Менее эффективное оружие ближнего боя сложно и придумать.

Ким хватает три патч-корда подлиннее и начинает заплетать их косичкой.

Потом он вспоминает, кто он такой, и какая на нём лежит ответственность. Он идёт к терминалу, добавляет себя в список жертв объекта и описывает то, что собирается предпринять. Ведь он может оказаться не последним, а миру нужно знать, что попытка не сработала.

Грэй проходит сквозь задраенную дверь лаборатории. Оборудование свалено на пол, чтобы освободить место для чёрного с серебристым массива дисков, который Пол Ким крутит на двухметровой верёвке из патч-кордов вокруг себя на уровне головы. Массив басовито гудит, рассекая воздух. Грэю не хватает рассудка, чтобы остановиться, и массив прилетает ему в висок, как булава, уголком для крепления вперёд.

Несколько терабайт Грэй при ударе поглощает, но этого недостаточно. С зелёной вспышкой и шумом, как от закоротившей проводки на поезде метро, Грэй оседает в углу. Череп у него проломлен, а система хранения данных частично рассыпалась и усеяла пол обломками.

Ким решает, что пусть история сама придумывает подходящие к случаю остроты.

- Он прогрызался по структуре Отдела антимеметики, - говорит ему Уилер во время итогового совещания. - Рано или поздно ему должен был попасться кусочек не по зубам. Поздравляю, тебе удалось в нужный момент показать некоторый профессионализм. Были десятки тех, кому не удалось.

Ким по-прежнему взвинчен. Но шоковое состояние проходит, и даже быстрее, чем он ожидал.

Как выяснилось, Мэрион Уилер - руководитель Отдела антимеметики. И новый начальник Кима.

- Я хочу сказать, что мне тупо повезло, - говорит Ким. - В смысле, когда я швырнул телефон, это было на уровне инстинктов, мышечной памяти. Я первый день на этой работе, и мне чертовски повезло. ...Вот что я хочу сказать, но сижу тут, прокручиваю эти фразы в голове - они ведь неверны все до одной, так?

Уилер молчит и выжидает.

- Вы ведь мне не новый начальник, - говорит Ким. - Вы мне просто начальник. И я здесь вовсе не первый день работаю. Должно быть, я уже... ну, с десяток лет проработал, верно? По-моему, я профессионально занимался исследованиям в области антимеметики с середины нулевых. Просто Грэй первым делом поглотил память обо всём, что было после первого дня. И даже тогда...

- В том, что произошло сегодня, я вижу крайне мало везения, - отвечает Уилер. - Инстинкты и мышечная память - просто более глубокий вид тренировки. Как я и сказала, некоторый профессионализм. Умение снова собрать свою жизнь и все былые знания воедино, быстрее, чем кто-либо другой. Именно это мы в вас вдалбливаем. К счастью, иногда уроки проходят не зря.

- И даже такой разговор у нас не впервые, - продолжает Ким. - Были и другие инциденты. С другими объектами, которые стирают воспоминания. Вам уже доводилось сидеть и смотреть, как я собираю себя по кусочкам.

- И мне пока не надоело, - признаётся Уилер с выражением лица, которое с большой натяжкой можно счесть ехидным.

- Как долго у меня обычно занимает восстановление?

- Несколько месяцев, - отвечает Уилер. - Но если начистоту, в этом отделе люди уже в первый день - такие же профессионалы, как и в любой другой. Либо ты эту работу начинаешь на всех парах, либо не начинаешь вовсе. Дальше - просто подгонка и подстройка.

- То есть, вы хотите сказать, что состояние моего рассудка вам не важно, и нужно, чтобы я немедленно вернулся к работе, - заявляет Ким.

Уилер кивает.

- Для начала мне нужна актуальная запись по объекту. Вычисли характер охоты Грэя и то, как ты его одолел. Выясни, что он делал с трупами - сжигал, аннигилировал или просто оставлял гнить так, чтобы их никто никогда не заметил. К тому времени, когда он вернётся, мне нужны меры противодействия.

- Он не умер? А, стоп, - говорит Ким. - По-моему, это я знаю. Вспоминается. "Идеи не умирают".